Форум Краматорска

  • 22 Октябрь 2020, 09:26:04
  • Добро пожаловать, Гость
Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.


Новости:

Просмотр сообщений

В этом разделе можно просмотреть все сообщения, сделанные этим пользователем.


Темы - KurT

Страницы: [1]
1
прям ужасно тупые,ленивые и необразованные англичане. не то что мы, умные, красивые и работящие
чего только у нас жопа и именно мы, а не они, сознательно выбираем ворье во власть? че они, такие тупые,, не выберут из своей среды тупого и жадного пахана, чтоб работать на него за пайку хлеба?
Потому что есть элита которая формировалась веками. У нас таких нет.

2
Подскажите пожалуйста - как правильно оформлять письмо с уведомлением? Т.е. волнует вопрос - как зафиксировать бумаги которые я отправляю , чтобы я потом мог доказать что именно я отправлял?
Спасибо заранее.

ЗЫ Думаю всем будет интересен этот опыт.

3



Ресторан в Праге. Как сказали чехи - там обычно делают предложения от которых некуда бежать :)))))))
Свежая мысль для наших предпринимателей )

4
Срочно требуются услуги профессионального логиста, на начальном этапе пока консультационные.
8 050 909 56 42.

5
http://www.rand.org/
Весьма интересная аналитика. Правда в основной массе платная, но кое-что я бесплатно выцарапал.
Советую всем почитать что думают американские аналитики о возможных вариантах развития событий в Крыму в ракурсе Российско-Украинских отношений. И вообще там куча интересного.

6
Цитировать
Украинская газета «Дело» опубликовала материал, в котором рассказывает, что борьба России и Украины за Черноморский флот фактически перерастала в силовой конфликт. Оба раза, утверждают авторы газеты, речь идет о 1994 годе. По рассказам тогдашнего командующего ВМС Украины Владимира Безкоровайного, «автоматы снимались с предохранителей, в воздух поднимались Су-15».

«День» утверждает, что Черноморский флот и Черноморское пароходство Украина получила в наследство от бывшего СССР в 1991 году. Однако Киев быстро определился лишь с пароходством, а вступать в командование флотом не спешил. В Кремле воспользовались моментом, и уже с начала 1992 года в Крыму была заложена политическая база, чтобы вернуть России если не весь полуостров, то хотя бы флот. Появились политические партии и движения, которые развернули мощную антиукраинскую кампанию.

Офицеры и мичманы флота, видя безразличие Киева, стали делать выбор в пользу Москвы. Везде звучали лозунги, что ЧФ и территория Крыма принадлежат России. Сокращая статьи расходов на свое содержание в Украине, Россия стала закрепляться в лучших военных городках, а с ненужных для России объектов вывозилось все наиболее ценное. Остальное разворовывалось или уничтожалось. Угонялись в Россию корабли и самолеты, пишет издание.

Цитировать
ВОСПОМИНАНИЯ ЭКС-КОМАНДУЮЩЕГО ВМС УКРАИНЫ

Первое серьезное столкновение украинцев и россиян, по версии «Дня», произошло в марте 1994 года. Недалеко от центра Севастополя 60 морских пехотинцев, вооруженных холодным оружием, шли брать штурмом жилой дом. Приказ о захвате отдал командующий украинско-российского Черноморского флота (так в газете. – В.Л.) Эдуард Балтин, который к тому времени занял полностью пророссийскую позицию.

ЧФ тогда только начинал делиться на ВМФ России и украинские ВМС. В эти годы судьба многих объектов и частей флота часто решалась не по директивам правительств, а решением самих моряков.

Жилой дом по улице Генерала Хрюкина, 20-б, был построен Министерством обороны Украины для моряков ВМС Украины и ЧФ России, говорится в статье. Однако российский штаб выписал своим офицерам ордера на все квартиры нового дома. Тогдашний командующий ВМС Украины Владимир Безкоровайный также приказал штабу ВМС срочно выдать 55 ордеров украинским офицерам и немедленно заселить все квартиры. К этому времени (1993 год) из этих квартир частично вынесли сантехнику, сорвали линолеум. Чтобы это остановить, Безкоровайный выставил охрану вокруг дома из четырех матросов и восьми офицеров, которые получили там жилье.

В ответ Балтин отдал приказ захватить жилое здание. Отбивать штурм 60 российских морских пехотинцев пришлось 12 украинцам. Им на помощь подоспела украинская морская пехота. ВМС сумели отстоять дом, а Балтин был вынужден отозвать своих подчиненных.

Новый виток конфликта перерос в открытое противостояние. В российских СМИ появились статьи о «захвате дома националистами из ВМС Украины». МИД России направило ноту протеста, а затем Россия отключила Украине газ.

Однако самый опасный конфликт и в то же время определивший дальнейшую судьбу украинского флота, произошел в первой половине апреля 1994 года в Одессе, сообщает «День». В эти дни город готовился к празднованию Дня освобождения от немецких захватчиков. Вечером 8 апреля оперативному дежурному ВМС поступил звонок из Одессы: из Практической гавани готовилось к отплытию гидрографическое судно ЧФ «Челекен».

Без разрешения правительства Украины в Одессе было самовольно демонтировано и погружено на корабль радионавигационное оборудование. Тем самым разрушена система навигации в районе. Из Севастополя немедленно последовал доклад министру обороны в Киев. Глава оборонного ведомства приказал не дать судну выйти в море. В гавань прибыли украинские пограничники и морские пехотинцы. Чтобы задержать судно, у швартовых концов выставили охрану. Но когда на борт «Челекена» поднялись пограничники, таможенники и старший морской начальник Одессы, члены экипажа взяли их на прицелы автоматов и попытались арестовать.

Бунт на корабле возмутил официальный Киев, и в Одессу поступил приказ провести досмотр «Челекена» на следующее утро. Владимир Безкоровайный отмечает, что жесткость действий украинской стороны была неслучайна. В штабе ВМС отслеживали коммерческую деятельность отдельных начальников ЧФ и установили, что их российские коллеги зарабатывают на контрабанде, используя гидрографические и вспомогательные суда. В частности, начальник штаба ЧФ Петр Святашов вместе с руководством гидрографической службы и тыла флота организовали «коммерческие» круизы.

На судах возили контрабанду. Выйдя из порта, корабли меняли флаг несуществующего ВМФ СССР на флаг ВМФ России. Они обретали статус экстерриториальности, благодаря чему беспрепятственно ходили по Черному морю и не подлежали досмотру. Часто их курс пролегал в Болгарию. Именно из этой страны «Челекен» прибыл в Одессу. По оперативной информации, утверждает газета, в трюмах судна, кроме ворованного гидрографического оборудования, находился контрабандный товар – сахар.

Стремление скрыть этот факт заставило российского адмирала пойти на радикальные меры. Поздно вечером из Севастополя в штаб 318-го дивизиона, расположенного в Одессе, поступил приказ: «Вывести судно в море любой ценой». В 23:40 командир 318-го дивизиона вывел к борту «Челекена» взвод моряков с автоматами, которым приказал «зарядить оружие и стрелять при попытке задержать судно».

Украинская охрана, которую выставили у швартовых «Челекена», была без оружия и повлиять на ситуацию не могла. Российские матросы на палубе обрубили швартовы топорами. Судно вышло из порта и взяло курс на Севастополь. Применять оружие с других кораблей, чтобы остановить судно в порту, не стали. В 6:00 утра 9 апреля за «Чекеленом» отправили украинские пограничные катера. В воздух были подняты четыре штурмовика Су-15. В ответ из Севастополя на помощь судну-беглецу вышла корабельная ударная группа ЧФ. Конфликт становился опасным, и, чтобы избежать кровопролития, в Киеве решили досмотреть судно в Севастополе. Когда «Чекелен» ошвартовался, штаб ЧФ с применением морской пехоты не допустил досмотра судна. Представители СБУ и прокуратуры были допущены на судно лишь после того, как все, что находилось на судне, было перегружено на другие плавсредства. Никаких улик найдено не было.

Неподчинение 318-го дивизиона в Киеве не собирались «спускать на тормозах». Дивизион применил оружие и выступил против украинской власти, поэтому его дни были сочтены, рассказал газете Безкоровайный. По факту инцидента с бегством корабля было возбуждено уголовное дело, а 9 апреля принято решение расформировать 318-й дивизион. Операцию поручили роте воздушных десантников в ночь на 10 апреля, чтобы завершить ее к началу празднования 50-летия освобождения города от фашистских захватчиков.

Десантники по сигналу изолировали всю охрану дивизиона, захватили склад оружия, командный пункт и узел связи. Все произошло в считаные минуты. Около 80 военнослужащих дивизиона даже не успели осознать, что происходит, как были арестованы. Их вывезли на полигон под Одессой, где они были допрошены военной прокуратурой. Затем россиян – матросов и офицеров – вместе с семьями посадили в поезд и отправили в Россию. Матросов, граждан Украины, распределили по нашим воинским частям. К 8 утра 10 апреля все было закончено, а на месте 318-го дивизиона уже был сформирован Западный морской район ВМС Украины.

В споре вокруг ЧФ это был единственный случай, когда Украина без согласования с Россией, и в частности с президентом РФ Борисом Ельциным, провела подобную операцию и структурные изменения на ЧФ, пишет газета «Дело».


Отправленный на: Декабря 05, 2007, 18:24:22
Цитировать
ВОСПОМИНАНИЯ ЭКС-КОМАНДУЮЩЕГО ЧЕРНОМОРСКИМ ФЛОТОМ РОССИИ

Прокомментировать публикацию газеты «День» редакция «НВО» попросила бывшего командующего ЧФ и непосредственного участника описываемых там событий адмирала Эдуарда Балтина. Он был крайне эмоциональным.

– Все события вокруг Черноморского флота подаются в этой газете, – заявил адмирал, – под «особым соусом». Они хотят опять обвинить во всех бедах Украины Россию, что вполне вписывается в активную антироссийскую политику, которую проводят отдельные политические силы в Киеве. На самом деле все было совсем не так. Хотя и гораздо хуже.

Квартиры в Севастополе, в том числе и тот дом, который упоминается в статье, рассказывает Эдуард Балтин, строил за российские деньги Черноморский флот, а не Украина. Мы сдавали по 560 квартир в год. И почему их нужно было отдавать украинским офицерам, когда тысячи своих были без крыши над головой, я не понимаю. Поэтому и защищал интересы своей страны и российских граждан, в том числе и офицеров российского Черноморского флота, всеми доступными мне законными способами. А обстановка в те годы была аховая. Украинские должностные лица пользовались тем, что никаких юридических документов по разделу флота и его имущества не существовало, пытались захапать себе все, что только можно и нельзя, чтобы потом поставить российскую сторону перед фактом. Так было и с «Челекеном», с другими кораблями и судами ЧФ.

Украине достались три полностью развернутых военных округа, со всеми запасами оружия и материальных средств, заготовленных на случай мировой войны. Тысячи танков, самолетов, боевых машин, оперативно-тактических, тактических ракет, зенитно-ракетных комплексов… Где это все сегодня, – разворовано, распродано по всему миру, восклицает адмирал. Киеву досталось богатейшее Черноморское пароходство, Дунайское пароходство, Научно-исследовательский флот Академии наук – 1600 судов. Среди них пассажирские лайнеры, которые совершали круизы вокруг Европы, в Индийском океане… Где это все? Они хотели, чтобы так же, «на хапок», им достался и Черноморский флот?! Не получалось.

Какая может быть контрабанда на гидрографическом судне, каким был «Челекен», спрашивает адмирал Балтин. Он весь от киля до клотика был забит специальной аппаратурой, которая обеспечивала флот необходимой информацией для безопасного судоходства, навигации и решения других задач. В том числе и боевых. Они в Одессе просто хотели захватить «Челекен», но я не мог этого допустить. Приказал выдать морякам оружие и защищать собственность страны до последнего патрона. А как иначе, если беспредел украинских политиков и чиновников доходил до маразма?!

Не проходило дня, рассказывает адмирал, чтобы к нам на флот не заявлялась какая-нибудь инспекция из Киева. Лезли во все наши дела. Проверяли финансы, тыловое обеспечение, ремонт, поставку ГСМ и прочее. Хотели даже взять под контроль наши секретные оперативные документы, но я их на порог штаба не пустил. Поставил охрану с оружием. В городе их патрули ловили наших офицеров и сажали на гауптвахту просто так, без всякого на то основания. И сделать ничего нельзя. Прокуратура – украинская, суд – украинский, служба безопасности – украинская, милиция – украинская, все – украинское… Что делать?

Я звоню генеральному прокурору России Юрию Скуратову, прошу помощи, тот только отмахивается. В два часа ночи поднимал главу украинской Службы безпеки (безопасности) Евгения Марчука, требовал прекратить безобразия. Звонил президенту Украины Леониду Кравчуку, но все это помогало плохо. Один из очередных «проверяющих» мне прямо сказал: «Эдуард Дмитриевич, нам поставлена задача составить такой акт, чтобы убрать вас из Севастополя». Но у них это не вышло. Я сберег все имущество и вооружение флота, от Измаила до Новороссийска, все 119 кораблей, которые были мне подчинены, 80 из них даже отремонтировал. Что-то удалось передать на Каспий, в Каспийскую флотилию. В том числе и малые десантные корабли на воздушной подушке, что-то на Север… Но у меня они ничего отнять не смогли. Это сегодня Черноморский флот занимает всего 4,5 процента площадей от тех 100 процентов, что занимал при мне. А тогда у них оттяпать у меня ничего не получалось. Я так и заявил Кравчуку: «Не прекратите беспредел, буду стрелять! У меня под рукой 44 тысячи боевых блоков».

Мне все это противно вспоминать, говорит адмирал. Но руководство России, Министерство обороны, Главкомат ВМФ нас просто бросили там, «на краю Ойкумены». Если из Киева чуть ли не каждый день мне поступали какие-то распоряжения, депеши, то из Москвы часто за несколько месяцев ни одного звонка. Даже продовольствие перестали поставлять. Денег не платили людям по несколько месяцев. А ты сиди – сохраняй для России флот, заботься о кораблях, об офицерах, их семьях, – только это в собственной стране никому не нужно. Когда задолженность по зарплате достигла трех месяцев, я позвонил министру и говорю: «Не пришлете денег, вынужден буду отправить отряд кораблей в Стамбул, слегка пограбить там. Я служил в разведке и город знаю, как свои пять пальцев. Все его базары, в том числе и Большой крытый. Для меня это – раз плюнуть. Турки даже почесаться не успеют».

Правда, вместо Стамбула пришлось идти в Абхазию, говорит адмирал Балтин, помогать миротворцам наводить там порядок. Хотя после возвращения оттуда мы получили радиограмму, что в Новороссийске ждет получка. Встали на рейде, спустили на воду баркас, выдали финансистам автоматы, охрану, и они с нашими ведомостями пошли в местный банк. Все привезли до копейки. Устроили служивым праздник.

– Меня убрали с флота, – говорит адмирал, – при Кучме. Приехал он к Ельцину, два дня квасил с ним в Завидово и договорился. Пообещал не поднимать цену за перегонку нефти. Ельцинские ребята могли потерять на этом 320 миллионов долларов. Так меня за эти деньги и сдали. Теперь, что об этом говорить?!

Взято с НВО.

8
Цитировать
Цитировать
Тому шо кто-то работает, а кто-то трепется на форуме.
вааааааа.... +))))))))
Данбасу нєкада стаять на Майданє, Данбас работаіт!!! (с)ПР, 2004

і много наработалі, пане Курт?
Достаточно.

Цитировать
Я так и знал, что бездельниками назовут... Курт, если у вас нет времени на отдых - значит это вы не умеете работать.
Не факт. Может я хочу больше заработать?


9
Прямые ссылки на видео бросать сюда не буду. Только ЖЖ. http://evgen-v.livejournal.com/177776.html


10
Общий / 7 чудес Украины.
« : 10 Июль 2007, 15:06:18 »
http://7chudes.in.ua/selection5_7.htm
там голосовать. Кому все равно - клините на Святогорске пожалуйста  :help: По итогам голосования будут инвестиции в регионы.

11
Цитировать
Великая Отечественная неизбежно отходит в область «преданий старины глубокой». Всё меньше остаётся тех, кто был свидетелем войны в сознательном возрасте, а настоящих фронтовиков, т.е. людей, занимавших боевые должности на передовой, осталось, видимо, вообще единицы. Дееспособность этих людей по объективным причинам сильно ограничена. Поэтому войну теперь свободно можно использовать для политических спекуляций.

Еще в середине 60-х партийно-политическое руководство СССР осознало тот факт, что война – это почти единственное, чем мы можем гордиться. Ситуация, конечно, сюрреалистическая – катастрофическое начало (всю ответственность за которое несёт властная верхушка), гигантские людские и материальные потери, но ведь действительно, гордиться-то больше особо и нечем. А тут был массовый героизм и выдающаяся победа, колоссальным образом повысившая значение страны в мире. К тому же побежденный нами противник представлял, фактически, абсолютное зло, что было официально признано во всём мире. Началось создание своеобразного «культа войны».

В эпоху перестройки и гласности выяснилось, что официальная история войны за годы строительства ее культа подверглась тотальной многоплановой фальсификации. Правда, это не отменило массового героизма и выдающейся победы над инфернальным противником. Они остались фактами, от которых никуда не деться.   

В 90-е годы руководство новой России пыталось, но, увы, не сумело построить новую идеологию и мифологию. Великая Отечественная при этом с официальной точки зрения осталась единственным безусловно положительным моментом советской истории. Это признание позволяло власти привлекать на свою сторону часть традиционалистского электората. Культ войны ослабел, но сохранился.

При втором президенте России культ этот практически вернулся на уровень времен застоя. Власть, представители которой родились после 1945 г., начала использовать войну как основу своей легитимности. Ситуация получилась еще более сюрреалистическая, чем в советское время, но другого варианта не нашлось. 90-е нынешний агитпроп объявил годами позора и провала (несмотря на недавнее официальное обожествление Б.Н. Ельцина по факту его смерти). Советский и царский периоды истории, наоборот, в целом канонизируются. Однако между собой они несовместимы, принять за основу какой-то один из этих вариантов по различным причинам не представляется возможным. В итоге пришлось сойтись на Великой Отечественной, как хорошо отработанном, многократно проверенном и единственно возможном варианте.

Поначалу эта тема, как и раньше, использовалась для внутреннего потребления. 9 мая и 22 июня каждого года страну охватывала всеобщая любовь к ветеранам, завершавшаяся 10 мая и 23 июня. Миллионы солдат так и лежат неопознанными и непохороненными по полям, лесам и болотам от Баренцева до Черного моря.

В последнее время тема войны получила и внешнеполитическое наполнение. Она вписалась в контекст официозного антизападничества в виде лозунга «не дадим пересмотреть исторические итоги войны!»

Что подразумевается под этим пересмотром – не очень понятно. Скажем, лишить нас места постоянного члена Совбеза ООН невозможно без нашего согласия. Если, конечно, не распустить ООН вообще (откровенно говоря, никто не заплачет, кроме дикой прорвы дармоедов-чиновников этой конторы). Территориальные итоги в значительной степени уже пересмотрены (нет СССР, ГДР, Чехословакии, Югославии). Разумеется, в этом деле еще есть неиспользованные резервы, но если их начать использовать, нам останется только посмеяться.

Например, вернет ли Румыния Венгрии Трансильванию? А Чехия отдаст ли Германии Судеты? А Польша отдаст ли той же Германии всю свою западную и немного северо-восточной части? А потом та же Польша предъявит ли солидные территориальные претензии Литве, Белоруссии и Украине? Правда, забавная будет картина? Вперед, ребята, всяческих вам успехов в этом многотрудном деле.   

Не очень понятно и с идеологическим пересмотром в виде приравнивания коммунизма к фашизму. Во-первых, мы в значительной степени могли бы сами снять этот вопрос, признав, что «некоторые недостатки» у коммунизма были, но мы воевали не за него (сам Сталин ни Рузвельту, ни Черчиллю, ни, вообще-то, советскому народу не доказывал, что мы воюем за коммунизм), а за Родину и против фашизма. В 90-е, кстати, никто ничего пересматривать точно не собирался, несмотря на периодические конвульсии отдельных восточноевропейских правительств. Во-вторых, не очень ясен механизм пересмотра. Как это будет? Придет в Кремль… кто? Секретарь вашингтонского обкома? И скажет: «Мы (кто мы?) тут решили разжаловать вас из победителей и приравнять к побежденным»? Не напоминает ли это элемент той антизападной паранойи, которая сегодня совершенно явно охватила очень значительную часть общества?

К сожалению, борьба с «пересмотром итогов» принимает крайне унизительные для России формы. Самый яркий пример – недавняя антиэстонская истерия.

Сам по себе перенос памятника и братской могилы из центра города на военное кладбище никаким кощунством не является. Вопросы вызывали форма, в которой это делается, и время, для этого выбранное (прямо перед 9 мая), а также ряд заявлений официальных лиц, сопровождавших данное мероприятие. И Европа, несмотря на «желание пересмотреть итоги», явно готовилась Эстонию осудить. Но тут в дело вступила Москва, устроившая истерику в СМИ и вакханалию у эстонского посольства. После этого у Европы просто не осталось выхода – она была вынуждена поддержать Таллин.

Причем совершенно непонятно, в чем же была цель истерии и вакханалии? Чего Россия хотела от Эстонии? Отказа от переноса памятника? Неужели нужна была именно такая реакция, недостойная великой державы-победительницы, а достойная именно какой-нибудь эстонии-грузии? И, главное, почему после того, как эстонские власти целиком и полностью претворили свои намерения в жизнь, истерика и вакханалия мгновенно прекратились?   

Скоропостижное выдвижение Виктора Геращенко в президенты РФ вызвало в памяти общественности его фразу, сказанную в эфире «Эха Москвы» по совсем другому поводу. Форма была нецензурна, а смысл был: «украли, нехорошие люди». К памяти о Великой Отечественной войне это тоже, увы, относится.

взято с http://www.globalrus.ru/opinions/784041/

12
Цитировать
Лекция лорда Роберта Скидельски, барона Тилтонского, члена Палаты Лордов парламента Великобритании, (был оппозиционным спикером по делам казначейства в 1998-1999 гг. и по культуре спорту и средствам массовой информации в 1997-1998 гг.), известного экономиста и историка, автора биографии Джона Кейнза, была прочитана в МГУ 23 мая 2007 г. в рамках цикла лекций, организованного Фондом подготовки кадрового резерва «Государственный клуб».

Недавно в своей статье, опубликованной в «Ведомостях» - я пишу их регулярно, раз в две недели, - я написал о том, что Россия превратится в демократическую страну в тот момент, когда западные страны, в свою очередь, перестанут быть демократиями. Если быть точней, то Россия уходит от олигархического правления, в то время как Запад как раз склоняется к нему. Это парадоксально, так как понятие «демократия» - основная составляющая идеологического экспорта Запада.

Что я имею в виду, когда говорю, что западные страны уходят от демократии? Я не говорю о формальной демократической структуре западных обществ. Западные государства сохраняют такие атрибуты демократии, как всеобщее избирательное право, борьбу между партиями за голоса избирателей и регулярные выборы, чтобы определять, кому управлять государством. Эти инструменты определяют подотчетность правящих структур перед избирателями. Механизмы эти все еще там, они никуда не делись. Но моя мысль заключаются в следующем – они больше не указывают на реальные властные механизмы.  

Власти удалось, в той или иной степени, избавиться от тех механизмов контроля, которые существуют в демократическом обществе. Демократические структуры и процедуры продолжают при этом придавать ей легитимность, но они больше не определяют деятельность правительств.

В чем заключаются основной признак упадка демократии на Западе? Это упадок западных политический партий. В демократическом обществе люди связаны с властью именно через партии. Мы же представляем себе политические партии, как средства для мобилизации избирателей, но, что не менее важно, это своего рода «школы демократии». Политические партии – это источник политического класса, класса профессиональных политиков. Политические партии – это инкубаторы идей, доктрин, которые политики пытаются воплотить в жизнь. Все члены партии при этом имеют право участвовать в разработке, принятии этих доктрин, которые будут вноситься на рассмотрение правительства.

То есть политические партии играют ключевую роль в воспитании и образовании населения, а также в формировании общественного мнения. Это тот механизм, который превращает пассивных избирателей в активных участников политического процесса. И когда мы говорим, что в западных демократиях власть подотчетна народу, то мы имеем в виду, что она подотчетна политическим партиям. «Быть подотчетным народу», - это пустая фраза, если народ специальным образом не организован в какую-то структуру, например, партию, где лидеры обязаны отчитываться перед остальными членами.

В прошлом политические партии как раз и являлись связующим звеном между простыми избирателями и лидерами, но сейчас это не происходит. Показателем этого является снижение политической активности населения. Все меньше людей, по сравнению с прошлым, вступают в партии, регулярно посещают собрания или хоть как-то соотносят себя с какой-либо политической партией. В Великобритании в 1970-х у Консервативной и Лейбористской партий было по два миллиона членов. Сейчас у них по 200 тысяч. Почти никто не ходит на партийные собрания и съезды. То же самое происходит в профсоюзах. Они не только стали меньше, чем когда-то были, но и посещаемость собраний уменьшилась.

Последствием этого становится то, что партии не могут более быть финансированы за счет партийных взносов, и если партия не сможет найти себе миллионера, который ее будет поддерживать на плаву, то она просто умрет. Возможно, вы слышали о скандале, который разразился недавно в Великобритании, его прозвали «Наличные за пэрство». Например, звание лорда стоило 250 тыс. долларов. Это не очень много, но это показатель того, что в действительности происходит.

Реформаторы утверждают, что политическим партиям должно приплачивать государство. Но это может иметь достаточно неприятные последствия. У нас на выбор либо олигархический, либо государственный контроль. Но это и есть признак упадка демократии. Политические партии приходится поддерживать искусственным образом.

Каким образом можно объяснить медленное умирание политических партий? Главное объяснение, которое я вижу, это упадок двух сил, которые изначально дали им жизнь - это религия и общественный класс. Упадочный тренд в развитии партий следует за упадком религии. Политические партии на Западе возникли как квази-религиозные организации. Они являлись продолжением того периода, когда религия еще играла важную роль в обществе. Это справедливо и по отношению к марксистским партиям, они являлись даже, своего рода, заменой церкви. Членам партии была предоставлена самодостаточная вера и особый образ жизни. Избиратели были частью верующих. Сейчас же квази-религиозная притягательность партий, так же как и религии, сходит на нет. Я говорю, правда, о Западе; в России же траектория может быть иной.

Другой фактор, о котором я говорил, - это упадок классовой системы. Если говорить просто, то вся классовая борьба, которая происходила в 20 веке, заключалась в противостоянии рабочего класса, представленного партиями, основанными на классовости, и среднего класса, представленного, в свою очередь, квази-религиозными организациями. Например, основные правые партии в Германии, Испании и Италии называются «христианско-демократическими».

Сегодня рабочий класс как таковой исчез. Большинство европейцев, например, идентифицируют себя со средним классом, как это давно уже происходит в США. Поэтому и правым, и левым партиям приходится заново находить свою электоральную нишу, проводить ребрендинг. У них нет более убедительного идеологического противника.

Эта новая политика представляет собой лишь ответвление от потребительской демократии. Партии рассматривают себя как организации, которые предлагают потребителю товар. Это потребительский товар для очень сегментированного потребительского рынка. Это можно сравнить с зубной пастой: одна отбеливает, другая чуть дешевле, а третья заботится о деснах, но суть дела не меняется – это все равно зубная паста. Политики стали предпринимателями, которые меняют товары и услуги, то есть проведение определенной политики, на голоса избирателей. Они проводят рыночные исследования, чтобы понять, что потребителю нужно, и используют рекламные технологии, чтобы привлечь внимание к своему продукту.

Из экономической теории следует, что при наличии конкуренции у потребителя всегда будет право выбора. Иными словами, даже в этой системе политик подотчетен избирателю, то есть потребителю. Но на данную точку зрения существует три возражения. Прежде всего, политический рынок не является в полной мере конкурентным, он, скорее, монопольный. Входной барьер на этот рынок очень высокий. Количество участников рынка, то есть политиков и партий, ограничено их финансовыми возможностями и доступом к средствам массовой информации.

Более того, взять хотя бы, например, структуру собственности масс-медиа. Большинство СМИ обычно сосредоточено в руках нескольких человек. В Великобритании половина прессы принадлежит двум людям, по крайней мере, имя Руперта Мердока вы должны знать, он достаточно известный человек. Эта ситуация позволяет политическим партиям быть независимыми от избирателей, они же и потребители. Само понятие отчетности и ответственности становится расплывчатым.

Второй довод заключается в том, что экономическая теория не учитывает воздействие рекламы. Был один известный экономист, который утверждал, что лучшая реклама в мире никогда не поможет продать плохую сигарету. Это полная чушь. Реклама создает вкус, привязывает людей к брендам. Потребитель перестает быть независимым в своем выборе. Кроме того, реклама не является источником просвещения и воспитания людей. Реклама действует посредством притупления разума, а не стимулирования его. То есть политика, основанная на рекламе, создает пассивный, находящийся в наркотическом опьянении электорат.  

Многие утверждают, что демократию, в таком случае, спасет Интернет, поскольку он в значительной степени расширяет доступ к информации. Это правда, но, к сожалению, информация не есть знание. Интернет перегружает людей информацией, и, можно сказать, препятствует формированию у людей своего мнения. У нас в Великобритании постоянно жалуются: «Почему Европейский Союз не обсуждается в обществе? Почему политики не рассказывают нам о животрепещущих вопросах?». Но вы найдете миллионы статей о Евросоюзе в Интернете, он будет звенеть у вас в ушах 24 часа в сутки, вы будете знать все, чем живет, и о чем думает ЕС. Несмотря на это, никто ничего не знает о Европейском Союзе. Я бы сказал, что Интернет увеличивает расслоение общества. С одной стороны, у вас меньшинство, которое знает, что происходит; с другой – большинство, которое владеет разрозненной, фрагментарной информацией.  

В начале века многие предсказывали, что с умиранием политических партий возникнет новая, плебисцитарная демократия. Ее также называли бонапартизмом, это своего рода аристократы в демократических одеждах. Лидерам придется прятаться за масками и скрывать свои намерения, чтобы «танцевать с волками». И многие заговорили о США как о императорско-президенстком государстве. Схожее явление наблюдалось и в Великобритании с Тони Блэром; он, кстати, очень интересный политик, мастер «политики соблазнения». Он великолепный политический «соблазнитель». А это одна из характеристик бонапартистского стиля. Он втянул Великобританию в Иракскую войну, невзирая на мнение народа.

Итак, у кого же власть? Есть четыре элемента. Первый – это высший политический класс, элита страны. Второй – высшие чиновники, бюрократы. Третий – деловая элита страны, высший класс предпринимателей. Четвертый – средства массовой информации. В Евросоюзе очевидна роль государственной службы, чиновников. ЕС страдает от дефицита демократии, но он необходим для существования Евросоюза. Есть Центральный банк, который не подотчетен никакой политической силе. Несмотря на провалившиеся референдумы в Голландии и Франции, продолжает воплощаться в жизнь идея европейской конституции.

Каким образом Запад пытается преодолеть недостаток демократии? Основное средство – децентрализация. Людей гораздо легче привлечь в политический процесс, если затронуть местные проблемы. Это движение набирает силу у нас в Великобритании, например, в Шотландии и Уэльсе. В России идет движение в обратную сторону. Кремль сконцентрировал в своих руках власть, так как губернаторы сильно влияют на то, как голосуют избиратели.

Траектория развития России очень отличается от Запада. В России нет демократии, от которой могли бы отказаться, так как ее здесь никогда не было. Вопрос как раз в том, как ее создать. Каким образом начать процесс развития демократии в России, пока он не наткнется на исторические препятствия внутри страны, либо на те, с которыми встретился Запад. Г-н Сурков в одном из своих интервью заявил, что демократия должна быть, прежде всего, в головах у людей. Если ее там нет, то нет смысла создавать ворох демократических организаций и институтов.

Я задам вам три вопроса. У вас есть две политические партии, созданные Кремлем – «Единая Россия» и «Справедливая Россия». Обе партии лояльны действующему президенту; одна из них должна быть чуть более либеральной, другая - чуть более социалистической или даже националистической. Вопрос: что они отстаивают? Что означают «право» и «лево» в контексте сегодняшней российской политики?

Второй вопрос. Г-н Сурков в своей нашумевшей речи 2005 года сказал примерно следующее: «До тех пор, пока наши президенты не будут принадлежать какой-либо партии, вся парламентская система является декорацией». Я с ним согласен. Но если следовать данной логике, то получается, что «Единая Россия» и «Справедливая Россия» должны независимо друг от друга назначать кандидатов в президенты. То есть сделать это самостоятельно. Произойдет ли это в 2008? И если нереально, то почему?

Третий и последний вопрос. Я хотел бы затронуть это интересное понятие – «суверенная демократия». Что вы, сидящие в этой аудитории, подразумеваете под «суверенным» и «демократией»?

Еще раз большое спасибо за то, что пригласили меня сюда. Я готов ответить на все ваши вопросы.


Страницы: [1]