13 декабря 2018   12:07   460

Конец "Мрии" Порошенко, или почему в Украине закрылся российский банк

Банкротство банка ВТБ (Украина) обозначило тенденцию по выходу российского капитала из украинского банковского сектора. Но продолжится ли она в 2019 г. – зависит прежде всего от результата президентских выборов в Украине, назначенных на март.

И еще, прекращение работы ВТБ не означает уход россиян из украинской экономики – они здесь по-прежнему чувствуют себя вполне комфортно.

В качестве примеров можно привести работу краматорского завода "Энергомашспецсталь" (входит в концерн "Росатом") и сумского "Насосэнергомаша" в составе российского концерна "Гидромашсервис".

Про столичные торгово-развлекательный центр Ocean Plaza, принадлежащий семье российского миллиардера Аркадия Ротенберга, и отель Premier Palace группы VSE экс-вице-спикера Госдумы РФ Александра Бабакова - не стоит даже упоминать.

Ведь это сущие пустяки по сравнению с тем фактом, что 8 из 26 украинских облэнерго по-прежнему контролируются российской VSE – т.е. речь идет о трети всего номинального объема распределения электроэнергии в стране.

Еще более сильны позиции россиян в телеком-секторе: им принадлежат два крупнейших мобильных оператора, "Киевстар" и "Водафон Украина".

В частности, основным владельцем "Киевстара" является "Альфа-груп" Михаила Фридмана, а за британским брендом Vodafone (ранее – "МТС-Украина") стоит группа "АФК-Система" Владимира Евтушенко.

Да и в банковском секторе сохраняется значительное присутствие. Это Сбербанк, принадлежащий государственному Сбербанку России, Проминвестбанк, принадлежащий государственному Внешэкономбанку, БМ Банк, входящий в группу российского государственного ВТБ Банка, Альфа-банк и Укрсоцбанк, принадлежащие "Альфа-груп".

Исходя из этого, банкротство ВТБ Банка и ввод туда временной администрации Фонда гарантирования вкладов физлиц не выглядят как часть жесткой официальной позиции Киева по отношению к государству-агрессору.

Гораздо больше это похоже на обычные бизнес-разборки команды украинского президента с российскими партнерами. Такая себе вендетта на государственном уровне.

Слабое звено

Напомним, что ВТБ Банк, один из крупнейших в России, "прописался" в Украине в 2006 г., купив за $70 млн небольшой банк "Мрия" у Петра Порошенко.

Затем россияне неплохо вложились в его развитие: уже по итогам 2012 г. ВТБ Банк занимал 9 место по уровню капитализации среди 175 украинских банков.

Но банковский кризис 2014-2016 гг., в результате которого в стране закрылась добрая половина банков, ударил и по российским структурам в Украине. Это выразилось прежде всего в оттоке средств вкладчиков и одновременном росте доли проблемных кредитов в портфеле активов.

Тем не менее, из острой фазы банки с российским капиталом вышли с разными результатами. Так, активы украинского БМ Банка к 1 октября т.г. снизились до 1,376 млрд грн. по сравнению с 2,527 млрд грн. по итогам 2012 г., у ВТБ - с 34,212 млрд до 26,03 млрд грн.

Вместе с тем другие банки с российским капиталом смогли улучшить показатели. Капитал ПИБа вырос с 5,273 млрд до 6,041 млрд грн., Сбербанка с 3,101 млрд до 5,322 млрд грн., Альфа-банка с 4,1 млрд до 4,574 млрд грн.

Их активы увеличились: с 41,318 млрд до 54,204 млрд грн.- у ПИБа; с 27,026 млрд до 68,094 млрд грн. - у Сбербанка; с 25,589 млрд до 66,593 млрд грн. - у Альфа-банка. У VS Bank, также принадлежавшего Сбербанку РФ, капитал вырос с 479 тыс. до 799 тыс. грн., активы – с 2,243 млн до 2,386 млн грн.

Из этого следует, что среди всех российских структур в украинском банковском секторе именно группа ВТБ была "слабым звеном" – поэтому и не выдержала давления.

И тут, очевидно, говорить нужно прежде всего о качестве менеджмента в ВТБ. Поскольку, как уже отмечалось, с оттоком средств и ростом проблемных кредитов столкнулись все банки в Украине, не только российские.

Опять же, приходилось слышать от представителей Нацбанка точку зрения, что проблемы россиян, вызванные падением платёжеспособности населения и малого бизнеса, умножились на политическую составляющую. Дескать, многие должники принципиально перестали платить российским банкам, а те не могут добиться взыскания задолженности в украинских судах – снова-таки из-за негативного отношения к России в целом.

Например, по данным журналистского расследования, компании депутата Верховной Рады от БПП Дениса Дзензерского должны и не возвращают ВТБ $280 млн.Безусловно, это очень серьезная сумма и в случае решения данного вопроса НБУ не пришлось бы 28 ноября признавать ВТБ неплатежеспособным.

Однако на самом деле никакой политики здесь нет и очень многие банки сталкиваются с подобными проблемами.

Например, владелец корпорации "Укравто" и депутат ВР нескольких созывов Тариэл Васадзе тоже был должен и не отдавал крупную сумму Универсал-банку, на тот момент принадлежавшему греческой EFG.

Или взять самого президента Петра Порошенко. Еще в 2005 г. автокорпорация "Богдан", владельцем которой он тогда был официально, взяла в государственном Укрэксимбанке кредит на $67 млн – и до сих пор не отдала.Только в июле т.г. ОАО "Богдан-Моторс" заключило с украинским госбанком договор о реструктуризации, согласившись вернуть ему только 1,04 млрд грн. – и то… в течение 13(!)лет, т.е. по 2031 г. При этом стоит отметить, что кредит брался по курсу 5,05 грн./$, а сейчас он переваливает за 28 грн., т.е. сумма долга по текущему курсу превышает 1,876 млрд грн.

Так что ситуация с долгом А.Дзензерского перед ВТБ далеко не уникальна и не имеет политического подтекста. Просто, как говорил один известный олигарх, "долги отдают только трусы".

А у нас в парламенте и на высших государственных должностях трусов однозначно нет. Поэтому для них абсолютно не имеет значения, кому не отдавать – украинскому госбанку или российскому.

Опять же можно вспомнить антироссийские перфомансы активистов в отношении российских банков и предположить, что это способствовало оттоку денег: поскольку звучали и призывы забирать оттуда вклады, и даже угрозы в отношении тех, кто этого не сделает.

Но если проанализировать сообщения СМИ на данную тему, окажется, что основной мишенью активистов был Сбербанк России, а не ВТБ. На 2 месте по "симпатиям" участников протестов идет Альфа-банк, а ВТБ и Проминвестбанк скромно делят 3-4 места.

И как раз Сбербанк в т.г. является лидером по оттоку денег вкладчиков: за январь-сентябрь оттуда забрали "чистыми" 9,549 млрд грн., в т.ч. 7,058 млрд грн. – в III кв.

Из ПИБа с депозитов вчистую ушло 1,988 млрд грн., из ВТБ – 3,892 млрд грн., из БМ Банка – 883 тыс. грн. Вместе с тем Альфа-банк за этот же период нарастил депозитную базу на 6,768 млрд грн. Т.е. действия активистов никак не отразились на динамике в банке М.Фридмана.

Одновременно чистый отток из Укрсоцбанка, тоже принадлежащего "Альфа-груп", составил 7,451 млрд грн. Хотя этот банк активисты вообще обошли вниманием – видимо, не зная, что М.Фридман купил его в октябре 2016 г. у австрийской группы UniCredit. Точно так же избежал внимания и VS Bank.

Также важно отметить, что отток денег наблюдался и из других банков. К примеру, из государственного Ощадбанка в январе-сентябре забрали на 2,268 млрд грн. больше, чем положили на новые вклады.

Из Международного инвестиционного банка, принадлежащего П.Порошенко – на 1,131 млрд грн., из Укрэксимбанка – на 979,7 млн грн. и т.д.

Таким образом, даже если российским банкам действительно было неуютно в Украине – то по крайней мере не более, чем остальным. А причины ухудшения их положения надо искать путем детального аудита операций, которые проводились менеджментом.

Ведь денег на поддержание своих банков в Украине "на плаву" россияне не жалели, надеясь сохранить плацдарм для влияния на экономику "младшей сестры".

Тот же ВТБ в апреле т.г. получил 2,183 млрд грн. путем конвертации в капитал ранее выданных кредитов от российской группы, в октябре 2017 г. – 2,58 млрд грн. Сбербанк в мае т.г. получил 8 млрд грн. от Сбербанка России и т.д.

Битва за Липецк

Технически банкротство ВТБ было оформлено после отказа его российских владельцев от дальнейшей докапитализации в конце ноября т.г. Первый заместитель председателя правления ВТБ РФ Юрий Соловьев пояснил, что это связано с решением Апелляционного суда Киева об аресте имущества украинского ВТБ в сентябре по иску компаний олигарха Игоря Коломойского.

По словам Ю.Соловьева, расплатиться с вкладчиками банк хотел за счет продажи своих активов, но их арест сделал невозможной такую форму расчета – вот и пришлось соглашаться на банкротство.

Но тут есть несколько неувязок. Во-первых, ограничения на операции с капиталом для украинских филиалов госбанков РФ были введены в рамках антироссийских санкций в конце марта 2017 г.Соответствующее решение принял Совет национальной безопасности и обороны Украины спустя "всего" 3 года после аннексии Крыма и начала войны на Донбассе.И уже тогда появились определенные неудобства для работы украинского ВТБ, Сбербанка и ПИБа.

Их положение осложнилось – но несмотря на это, даже после введения санкционных ограничений украинские филиалы продолжали получать из РФ поддержку в виде докапитализации, о чем говорилось несколькими абзацами выше.

Опять же, под арест в рамках иска И.Коломойского в сентябре т.г. попало имущество всех трех вышеуказанных банков – но перестал обслуживать платежи клиентов в конце ноября почему-то лишь ВТБ.

И кстати, почти сразу же после его объявления неплатежеспособным 28 ноября и ввода туда временной администрации уже 4 декабря Киевский апелляционный суд… отменил арест имущества ПИБа.

Предыдущее решение о принудительном исполнении вердикта гаагского арбитража о взыскании с украинских филиалов госбанков РФ $159 млн в пользу компаний И.Коломойского за утрату им активов в Крыму признано неправомерным. А еще раньше, 20 ноября, аналогичное решение Киевский апелляционный суд вынес и по Сбербанку.

Таким образом, еще перед банкротством украинского филиала у руководства ВТБ РФ были все основания рассчитывать на снятие ареста и устранение препятствий для его работы.

Теперь обратимся к комментарию для СМИ первого заместителя главы правления Национального банка Украины Екатерины Рожковой от 15 мая т.г. о дальнейших перспективах росбанков в Украине.

"Сворачивание деятельности – это единственный цивилизованный путь для этих банков. Постепенное сворачивание деятельности и сдача банковской лицензии. Мы видим, что этим же путем движется ВТБ – он уже более года работает в направлении сворачивания своей деятельности", – сказала она.

Но если бы это утверждение соответствовало действительности, то тогда ВТБ РФ не закачивал бы миллиарды гривен в докапитализацию украинского филиала – а он, напомним, это делал аж до ноября т.г.

Отдельно Е.Рожкова подчеркнула, что НБУ не видит потенциальных покупателей для украинских филиалов госбанков РФ. И это опять неправда. Тот же Сбербанк дважды пытался купить белорусский государственный Паритет-банк и еще ранее латвийский Norvik Bank, принадлежащий Григорию Гусельникову, топ-менеджеру российского олигарха Михаила Гуцериева.

Инвесткомпания его сына Саида Гуцериева в марте 2017 г. подавала заявку на покупку Сбербанка в консорциуме с Norvik Bank. Но эта заявка была отклонена НБУ – как и все остальные.

Эти решения НБУ и нестыковки в заявлении Е.Рожковой находят объяснение в сообщениях о деталях переговоров представителей президента П.Порошенко относительно продажи принадлежащей ему кондитерской фабрики "Рошен" в российском Липецке.

По данным СМИ, которые ссылались на источники, близкие к переговорам, НБУ был готов согласовать продажу украинского Сбербанка. Но только при условии, что его покупатель заодно купит и липецкий "Рошен" – причем не по "бросовой" цене, а по такой, чтобы П.Порошенко остался доволен сделкой.

Напомним, что переговоры о продаже "Рошена" вела инвесткомпания ICU, обслуживающая бизнес П.Порошенко. А тогдашняя глава НБУ Валерия Гонтарева как раз руководила ICU до перехода на госслужбу.

Что же касается Е.Рожковой, то она считается доверенным лицом и "правой рукой" В.Гонтаревой и, по данным СМИ, после ее ухода фактически руководит Нацбанком, принимая наиболее важные решения.

В таком случае кремлевские олигархи получили сигнал из Киева: хотите спасти Сбербанк, вывести его из-под санкций – покупайте липецкий "Рошен". А если нет – будет как с ВТБ банком.

С одной стороны, он был избран мишенью для банкротства по личным мотивам – поскольку ранее принадлежал самому П.Порошенко, который с приближением выборов всячески дистанцируется от прежних бизнес-связей с РФ.

Очень кстати здесь оказался И.Коломойский со своим иском к РФ, выигранным в гаагском арбитраже. Поэтому сначала суд по его искам арестовал имущество украинских филиалов госбанков РФ – а потом снял арест, но не со всех.

И глупо было бы наивно отрицать наличие возможностей у администрации П.Порошенко влиять на решения украинской Фемиды в таких вопросах.

С другой стороны, арест совпал с намерением руководства ВТБ РФ избавиться от проблемного филиала – раз нет возможности его продать на своих условиях.

Еще в марте 2017 г. глава ВТБ РФ Андрей Костин сообщал о наличии 4 потенциальных покупателей на украинский филиал: по его словам, это были украинские бизнесмены и компании.

До подачи заявки в НБУ на согласование купли-продажи дело так и не дошло, но есть основания полагать, что их ждала бы та же участь, что и заявки на покупку Сбербанка.

Хотя, к примеру, заявку ТАСкомбанка на покупку VS Bank в 2017 г. НБУ одобрил без проблем. Но ТАСкомбанк принадлежит экс-регионалу Сергею Тигипко, которому удалось неплохо поладить с П.Порошенко.

Напомним, в конце сентября т.г. С.Тигипко номинально купил киевский судостроительный завод "Кузница на Рыбацком" у президента и его младшего бизнес-партнера Игоря Кононенко.

Поэтому ничего удивительного в решении НБУ нет. Позиция вырисовывается следующая: либо филиалы госбанков РФ продаются "нужным людям", либо прицепом с липецким "Рошеном".

Вряд ли президент списал его в утиль – ведь тот, кто легко готов расстаться с десятками и сотнями миллионов долларов, миллиардером не становится.
Остров
Добавить комментарий

Если вы хотите оставить комментарий, просьба авторизоваться или зарегистрироваться.

Последние новости.

Loading...