7 ноября 2006   10:35   1311

Великий украинский разрыв

В любом отдельном отрезке политического времени всегда есть Главное - базовая тема, базовый конфликт, которые задают, формируют и влияют на всю логику политического процесса в целом.

Это то, что позволяет увязать во едино, казалось бы, совершенно разные вопросы из совершенно разных сфер – политической, экономической, социальной, культурной и т.д. Именно понимание этого Главного позволяет спрогнозировать действия политиков и ситуацию в стране в целом, а также выявить тенденции, их сопровождающие.

Собственно, это то, что называется форматом, куда вписываются все события и действия ключевых игроков, и что конструирует жизнь страны в разных ее проявлениях. С момента обретения независимости Украины можно выделить такие форматы: «национал-демократы-комунисты» (1990-1995 гг.), «реформаторы-олигархи» (1996-2000 гг.), «власть-оппозиция» (2001-2004 гг.), «власть-власть» (2005 г.). Новый формат после парламентских выборов 2006 года находится все еще на стадии определения.

Иногда он задается наличием сильных конкурентов. Иногда - сущностных (объективных, как данность) обстоятельств, которые очерчивают границы возможных действий политиков. Иногда – внешних сил. Сегодня такие рамки, во многом, задает политреформа. Поскольку именно она несет в себе неопределенность, кусок «ничейного» властного пространства, на который претендуют ключевые политические игроки (а к таковым мы относим президента Ющенко, премьера Януковича, спикера Мороза, лидера оппозиции Тимошенко), никто из которых не имеет существенного перевеса во влиянии.

Процесс, который сегодня очевиден и присущ всем ключевым игрокам, - это борьба за власть в контексте политреформы. Парадокс, но и Ющенко, и Янукович, и Мороз, и Тимошенко, независимо от своей провластности или оппозиционности, де-факто, борются против политреформы. При этом, несмотря на энергичную подвижность лиц (в смысле формы, набора действий), и каменную неподвижность мысли (в смысле содержания, наличия осмысленного и ответственного набора действий), каждый из них уверен, что именно у него (нее) есть перспектива.


Декор. Без лица

Времена Леонида Кучмы уже стали предметом политических рефлексий и эманаций.

Не потому что ностальгируют. Не потому что очередной раз хотят напомнить о былой «злочинной» власти. Не потому что сравнивают Кучму с Ющенко. И не потому что Кучма, по сравнению с нынешними политиками, кажется государственником (время качественных оценок – «за» или «против» - еще не пришло). Просто Леонид Кучма у власти - это была отчетливая и понятная картинка. Для журналистов, которые могли четко формировать свою личную и общественную позицию (иногда они не совпадают), делясь в большинстве своем на две категории – в большей мере считающие Кучму «абсолютным злом», в меньшей мере считающие Кучму «абсолютным добром». Для политиков, которые делились на два лагеря – власть (те, которые были у власти и рассчитывали в ней остаться) и оппозиция (те, которые были отстранены от власти и хотели в нее вернуться). Для крупного бизнеса, который тоже делился на две группы – провластная (рассчитывающая на гарантии своих активов только со стороны власти) и провластно-оппозиционная одновременно (рассчитывающая на гарантии своих активов со стороны действующей власти и возможной будущей власти).

Всем все было понятно – есть две противоборствующие стороны («друг-враг» по К. Шмитту), и у каждой из них своя правда. Эдакая контрастность, стилевое единство самовыражения (экономического, психологического, интеллектуального, эмоционального, жанрового и т.д.) каждой из сторон.

События 2004-2005 гг. имели закономерно-объективный характер - не только общественный, но и политический. Та оппозиция появилась благодаря той власти. Даже идеологии не надо было придумывать - свержение власти в качестве идеологии оппозиции было порождено самой властью. Ведь когда власть сводится только к принуждению, которое противопоставляется свободе, весь пафос интеллектуальной и социальной энергии общества неизбежно направляется на упразднение этого принуждения - как наибольшего, затем - единственного зла, стоящего на пути самовыражения личности и развития общества в целом.

В этом смысле сегодняшняя картинка – достаточно блеклая.

Во-первых, потому что нет власти – как единого концентрированного политикообразующего и смыслообразующего центра. Есть три центра власти - президент, премьер, спикер, при этом между ними есть не столько личностный конфликт, сколько конфликт институциональный, в меньшей мере – конфликт между командами.

По большему счету, сегодня нет ни коалиции, ни оппозиции. Правящая коалиция в составе Партии регионов, СПУ, КПУ стала не результатом стратегического сотрудничества группы определенных политических сил, а случайным итогом ситуативных интриг и противостояния других политиков и политических сил. При этом Партия регионов на последних выборах (президентских в 2004 и парламентских в 2006) забрала у коммунистов почти все голоса на Востоке. Что касается социалистов, несмотря на заявления Януковича о том, что СПУ – это старшая сестра Партии регионов, реально социалисты являются своеобразным «придатком» регионалов, и, в общем-то, их основная игра вписана в расклад ПР.

Нечеткость субъекта власти, естественно, усложняет позиционирование оппозиции. Поскольку у нее всегда должен быть объект для критики. Однако непонятно, кто будет объектом такой критики со стороны БЮТ – только премьер, премьер и Партия регионов, премьер и спикер, или же премьер, спикер, президент? Турчинов в одном из своих недавних интервью сказал, что БЮТ пока не определился в своей оппозиционности по отношению к президенту. По его словам, она будет зависеть от того, будет ли дальше Ющенко вести переговоры о широкой коалиции или все-таки решит разогнать парламент. Естественно, он его не разгонит. Естественно, он будет продолжать вести переговоры о широкой коалиции. Тогда, насколько политически перспективной для Тимошенко будет критика Ющенко уже здесь и сейчас? Критика же спикера не добавит Юлии Владимировне элитной поддержки, с которой у нее и так проблемы. Что касается «Нашей Украины», в ее нынешнем формате она обречена находиться в ситуации «ни во власти, ни в оппозиции». Главная проблема в том, что у «НУ» нет своей ниши. Выбор сводится – или с Ющенко, или с Тимошенко. Как самостоятельного и самодостаточного субъекта «Нашей Украины» просто нет. В этом смысле Партия регионов, хоть и политически неопытна и близорука, все же, пытается быть самостоятельной (в смысле иметь свою нишу). Поэтому или «НУ» (в виду внутренних противоречий) будет занимать компромиссную (по отношению к власти и оппозиции) позицию, или она неизбежно развалиться на несколько кусков (кто-то будет создавать новый проект, кто-то пойдет к Тимошенко, кто-то примкнет к антикризисной коалиции).

Во-вторых, потому что нынешние лидеры отчасти напоминают не то чтобы Кучму, но отдельные этапы «его эпохи» (может, потому что она длилась слишком долго). Эдакая мозаика, сложенная из разных лиц прежнего многоликого Кучмы. Получается, что общество изменилось (и это мы увидели во время Майдана), а политики - как-то не особенно. У общества появился новый запрос и требования, в первую очередь к себе, у политиков – нет.

Опыт критического осмысления ликов «эпохи Кучмы» показывает, что Ющенко – это молодой Кучма в политике, Кучма на пути к власти. С реформаторским настроем и поддерживаемый прогрессивными слоями общества. Человек, от которого никто не ожидал выхода за рамки «экономических вопросов» и превращения в реального лидера. Человек, которому надо было наводить порядок фактически «с нуля». Кучма получил разобранную страну, в которой не действовало ни одно правило. Ющенко получил новую страну – после Майдана, когда все принципы старой власти были отброшены обществом и возникла необходимость построения новых. Правда, у Кучмы власть предназначена для захвата, у Ющенко – для осмысления. Своеобразный философский подход, рассматривающий осмысление власти как некое политическое деяние, открывающее в нем самом новые возможности понимания социальной жизни в целом и своего места в ней в частности.

Янукович – это Кучма, пришедший во власть, и напористо ее осваивающий в таких ощутимых для всех остальных формах как выращивание своих олигархов и расстановка своих кадров. Янукович очень рьяно взялся за приватизацию системообразующих предприятий, создание благоприятствующих условий для бизнеса выходцев из донецкого региона и расстановку «своих» на посты, контролирующие финансовые потоки страны. Разница в том, что для Кучмы – это был промежуточный этап и промежуточные цели, у Януковича пока не наблюдается других целей.

Тимошенко в своих стремлениях – это поздний, авторитарный Кучма, узурпировавший всю власть. Разница в том, что Кучма таким стал уже на втором сроке президентства, Тимошенко – такой есть уже сейчас. Несмотря на свою оппозиционность, при определенных политических обстоятельствах возврат к кучмистской модели власти может осуществить только Тимошенко. Возьмем, к примеру, главное и чуть ли не единственное достижение некучмовской власти – свобода слова. Позиция БЮТ относительно СМИ, озвученная накануне парламентских выборов, предполагает их передачу в собственность журналистских коллективов. В результате, под прикрытием плохих собственников-олигархов (хотя зачастую их конкуренция друг с другом обеспечивает баланс разных точек зрения), выдвигаются лозунги «отобрать у олигархов и отдать журналистам». А потом происходит следующее - журналистские коллективы будут просто вынуждены обращаться за финансовой поддержкой или к государству, или к наиболее влиятельным на данный момент политическим силам. Это один из вариантов пути, по которому пошла Россия в отношении СМИ.

Мороз – это вообще, образно говоря, обратная, светлая сторона Кучмы-политика. В том смысле, что его действия строились на действиях другого человека (в одном из своих недавних интервью Кучма даже сказал, что два человека – он и Мороз – стали жертвами «пленок Мельниченко»). А это всегда большая трагедия (и не только в политике), когда один человек начинает жить (черпать мотивы для собственных поступков) другим человеком (как в позитиве, так и в негативе). Такой человек мало что нового может продуцировать, поскольку все его действия направлены на опровержение того, против кого, а не чего (в смысле конкретного человека, а не его режима) он боролся.

Игра. Откат политреформы

Общее и единственное содержание для всех сегодняшних ключевых игроков – это, как ни парадоксально, борьба против политреформы. Под политреформой имеется в виду не только передача какой-то части полномочий от президента к премьеру. То есть, не только децентрализация власти, но и повышение ее эффективности, связности и ответственности, возникновение взаимозависимости, в лучшем случае - равнозависимости разных ветвей власти.

Понятно, что политреформу подсунули нынешним политикам. Ющенко она нужна была только как способ легальности (законности) результатов выборов. С точки зрения легитимности (общественной оценки), он уже был победителем. Януковичу тоже не особенно нужна была политреформа, потому что он чуть ли не до последнего верил в свою победу, и в этом смысле сокращение президентских полномочий стало бы для него таким же предательством, как и предательство власти в лице Кучмы, который не пошел на разгон Майдана. И, тем не менее, политреформа стала схемой, по которой произошла смена власти. Причем, сами ее инициаторы тоже ничего от этого не получили. Поскольку Кучма в свое время так и не решил задачу – или сильная президентская власть с преемником, или политическая реформа с сильной партией, он пошел на реформу не столько из-за политической целесообразности, сколько – «на зло врагу», чтобы не отдать власть любому из претендентов в полном объеме. Что касается других ее лоббистов, в частности эсдеков, то они, видимо, рассчитывали на то, что одни и те же люди (в смысле из одной и той же команды) будут работать в разных ветвях властях, и на этом будет строиться сотрудничество. В результате, эти люди вообще ни в какой из ветвей власти не работают. Так бывает – ирония политреформы (истории, по Гегелю).

Обществу политреформа как способ сближения власти и народа возможно, и нужна. Но политики, даже те, которые сегодня громко говорят об угрозе ее отмены, будь то во власти или в оппозиции, де-факто, своими поступками работают на откат политреформы. Поскольку она, с одной стороны, дает дополнительные полномочия, с другой, регламентирует их, не давая, как кажется тому или иному политику, полностью ему реализоваться.

Ющенко, к примеру, не может реализовать реформы. В отличие от многих других политиков, Виктор Андреевич не может работать на краткосрочные цели. У него всегда длинный путь достижения результатов. Он не может выиграть отдельную перепалку или отдельный бой, он может получить только одну большую победу, потерпев ряд малых поражений. Но он все время вынужден заниматься таким нелюбимым делом как разборки - то примирением Тимошенко с «коллективным Порошенко», то преодолением предательства со стороны отдельной части НУ, дрейфующей в сторону БЮТ, то конфликтами между отдельными людьми в Кабмине и Секретариате и т.д. Поэтому вполне возможно, ему кажется, что наличие сильной президентской власти значительно упростило бы процесс реформ.

Янукович демонстрирует, что ему не хватает нынешних премьерских полномочий. Это такая очень древняя национальная традиция и вечная украинская история, когда премьер неизбежно становится конкурентом президента. Потому что, рано или поздно, он сталкивается с нехваткой полномочий. По сути, Верховная Рада для Кабмина – это всегда система запретов, Администрация президента - система контроля. От того, что любой премьер не может на полную развернуться (особенно если он уверен в правильности своего курса), ему на полном серьезе начинает казаться, что было бы идеально, если бы президентом, премьером и спикером было одно лицо. Способствует этому еще и то, что сама по себе работа премьера оценивается реальным результатом – цифрами, в то время, как, скажем, работа спикера – дипломатическими и ораторскими способностями.

Мороз наслаждается спикерским креслом. Но, как известно, лучшее – враг хорошего. Пока Мороз удовлетворил свои психологические амбиции, спикерское кресло для него – это такая психологическая реабилитация для человека, который, пожалуй, дольше из всех нынешних политиков находился в оппозиции – еще с 1995 года. Да, он сохранился в качестве лидера партии. Все же, это еще вопрос, на кого распространяется его власть в парламенте. Если Литвин, за счет противостояния в 2004 году, политически повысил спикерский пост, сделав Верховную Раду своеобразным институциональным посредником между противоборствующими сторонами, то теперь Мороз – это спикер и глава партии, входящей в коалицию в роли младшей (несмотря на очевидное преимущество СПУ в партийном возрасте и опыте) сестры Партии регионов.

Для Тимошенко углубление политреформы может погубить ее заветную мечту детства – «стати керівником держави». Причем, неважно на каком посту – президента, премьера или спикера. Во-первых, Юлия Владимировна неоднократно показала, что она ни с кем не может работать, если с ним нужно делиться властью. Политреформа – это как раз не передача власти из одних рук в другие, а умение работать в треугольнике «президент – правительство – парламент». Во-вторых, Тимошенко прекрасно понимает, что она может получить власть только благодаря связке «популизм-рейтинг-электорат». Ей очень сложно найти элитную поддержку (тех, кого она еще «не кинула», становится все меньше). Поэтому, больше всего она боится перенесения выборов президента в парламенте. У БЮТ, как свидетельствует недавнее интервью Турчинова, пока нет четкой позиции по поводу политреформы. «Мы не определились относительно дальнейшего развития политреформы. И мы будем рассматривать этот вопрос под углом роспуска этого парламента». Хотя понятно, если вслед за парламентскими, последуют досрочные президентские выборы, то БЮТ будет бороться за отмену политреформы. Вообще единственная выигрышная стратегия для Тимошенко – это досрочные выборы, причем не столь важно, парламентские или президентские, поэтому все (в том числе, политреформа) привязываются к этому сюжету.

Стать самым главным – это и есть самое Главное для всех нынешних ключевых политиков.

Перспектива. Стратегия тупика

Фукуяма, в книге «Великий разрыв», анализируя общество развитого капитализма, ставит вопрос: почему растущее благосостояние этого общества напрямую связано с кризисом социальных, эмоциональных, семейных приоритетов? Основная его идея - теория «слома эпох» (когда старые общественные ценности разрушены, а новые только формируются), проблема «продолжения истории».

Зададим вопрос: почему зарождение гражданского общества и нации на Майдане не нашло должного отклика (перерастающего в развитие) в политике?

Ведь даже если любой из нынешних политиков получит кучмовские полномочия, возникает вопрос – а что изменится?

Что, если Ющенко укрепит свою власть, мы вступим в ЕС? Нет, всем понятно, что в ближайшие 20 лет нас никто там не ждет, а потом, не исключено, что и нам это не надо будет.

Что, если Янукович получит конституционное большинство, мы построим большой и счастливый ЕЭП? Нет конечно. Всем понятно, что у инициаторов этой аббревиатуры разные, несовместимые интересы. Может, у нас будет дешевый газ? Нет, конечно. Как и сейчас, будут улыбки и рукопожатия, при этом цена на газ (что вполне объективно) с каждым годом будет расти. Я уж не говорю про такие «дискуссионные» темы как вступление в НАТО, которое теряет свою актуальность в мировом масштабе. Или - придание русскому язык статуса второго государственного, проблема которого уже решена на региональном уровне (что снимает необходимость выносить ее на уровень общенациональный).

Что, есть повод думать, что в случае прихода к власти оппозиции в лице Тимошенко у нас будут качественные изменения? Человек, который сам же опровергает свои слова, настроен только на режим избирательной кампании и не приемлет созидания, не дает поводов так считать.

Политики находятся на пути в тупик. В том смысле, что их путь – это путь «в никуда».

Больших проектов для страны как не было, так и нет. Политическую элиту даже не интересует то, что происходит в мире, который уже давно изменился. Чтобы участвовать в больших проектах, нужно, как минимум не жить категориями пятидесятилетней давности, стереотипами постялтинского мира, где есть хороший Запад и плохая Россия. В рамках этой парадигмы формулируются концепции развития Украины, программные положения внутренней и внешней политики страны. Это не к тому, кто хороший, а кто плохой, просто мир гораздо многогранней, многослойней и движется от двухполюсности к многополюсности.

Но чтобы появился какой-либо сдвиг хотя бы в сторону понимания мировых процессов и осознания возможной роли в них Украины, нужно чтобы интересы украинских политиков были связаны с интересами страны. Именно связаны, а не просто учитывались на уровне риторики. Именно страны, а не электората.

Политика же должна объединять в обществе то, что она в нем разделяет (собственно, в этом был возможный смысл широкой коалиции). У политиков могут быть разные взгляды, позиции, личные пути восхождения или падения, интересы (странно, если б этого не было). Но они все равно должны сосуществовать в некотором единстве. Историческом единстве страны.

Автор – директор Института национальной стратегии Украины.
Олеся Яхно, "Главред"
Добавить комментарий

Если вы хотите оставить комментарий, просьба авторизоваться или зарегистрироваться.

Loading...